Работа над ошибкой  - Орсон Петерсен

– От друзей?

– От друга, приятеля. Как это у людей заведено? Нормальное человеческое общение. Ты вроде неплохой парень, плюс ты знаешь мою историю. Мне не нужно притворяться. Это важно. Но если это проблема, то забудем. Мы что-то еще должны обсудить?

Эмиль выбрался из кресла и взялся за ручку двери.

– Да подожди ты, – остановил его Веселов и улыбнулся. – Я ж не против общения, но поддерживать связь между мирами не так-то просто. Привычные для вас средства коммуникации у нас не работают, понимаешь?

– Понятно.

Времянкин кивнул. Веселов потер переносицу.

– Хрен с ним.

Он достал из внутреннего кармана карандаш и протянул его Эмилю.

– Возьми. Была не была.

Мальчик взял карандаш и принялся разглядывать его. С виду это был обычный простой карандаш с шестью гранями, покрытый желтым лаком, с ластиком на макушке.

– Напиши этим карандашом мое имя, а потом сообщение.

– Написать на бумаге?

– Где сможешь, там и напиши. У меня на этот случай есть блокнот. В общем, как напишешь, подожди немного – мой ответ появится рядом.

– Ага. А если ты захочешь написать мне?

– Карандаш оповестит тебя: он чуть задрожит. Ты поймешь. Эта модель довольно старая, сейчас все уже используют омуты или зеркала. Там можно и говорить, и видеть, и даже дотрагиваться. Но я немного старомодный – люблю переписку. В общем, как только он задрожит, найди подходящую поверхность и коснись ее графитовым кончиком. Сообщение проявится. Там есть всевозможные режимы. Сохранение сообщений, например. Или удаление. Я обычно все сохраняю. Инструкцию я тебе дам, разберешься.

– Это же твой личный карандаш. Я не могу принять.

– Ничего. Забирай. Давно надо было обзавестись чем-то более актуальным. Этот мне нравился из-за простоты. И форма, на мой взгляд, идеальная, в руке приятно держать. Пользуйся на здоровье.

– Спасибо. Задарили вы меня подарками.

– На всякий случай предупреждаю: я нарушаю закон, передавая тебе предмет из нашего мира. Так что ты уж, пожалуйста, не теряй его. И держи в секрете, – проинструктировал Веселов.

– Понял. Я могила.

Эмиль убрал карандаш в карман куртки.

– Думаю, пора расходиться. Нельзя, чтобы Ян увидел нас вместе. Это может его спугнуть. С Сумой он без проблем отсидится где угодно и как угодно долго. Всем необходимым Двое его обеспечат. И не только необходимым. Одному такому Яну из нашего мира они построили роскошный замок в пустыне. За три дня. Можешь себе представить?

– Ох. Сколько пользы они могли бы принести! Вместо этого их заставляют бить людей. Вот что бывает, когда ты не управляешь своей жизнью. Кто-то другой сделает это за тебя.

– Это да. У них так же хорошо получается быть солдатами, как и созидать. Беспрекословное подчинение. Для хозяина это возможность реализовать свои фантазии, в том числе и больные, к сожалению. К чему я все это… С ними Ян нигде не пропадет. Если он заляжет на дно, найти его будет очень и очень непросто. Так что давай, старик, тебе пора.

– Ухожу. Вот только хотел спросить кое-что напоследок. – Времянкин откашлялся.

– Слушаю. – Веселов отложил пустой стаканчик, открыл бардачок и вытащил оттуда небольшой цилиндр с двумя отверстиями по краям.

– Что это? – заинтересовался Эмиль.

– Напалечные путы. Удобная вещь.

Николай убрал путы в карман пиджака и захлопнул бардачок. На парковку въехал автомобиль. Времянкин сразу узнал машину Яна. Эффектный седан темно-синего цвета, с хромированными вставками на крыльях. Производство – Двое из Сумы.

– Ян! – вскрикнул Эмиль и спрятался за пассажирским сиденьем.

Веселов дернул рычаг под сиденьем, и спинка его кресла резко приняла горизонтальное положение. Николай откинулся назад вместе с ней. Автомобиль Яна остановился метрах в пятнадцати от «Гаммы».

– Вот, черт! Ты знал, что у него есть машина? – шепотом возмутился Веселов.

Эмиль кивнул головой, закусив от волнения нижнюю губу.

– А чего не сказал? Ну, ты даешь.

– Я как-то не подумал.

– Ладно, он здесь, и это главное.

Николай приподнялся на локтях и выглянул в окно.

– Красивая машина, – тихо восхитился он. – Двое постарались на славу.

Ян вышел из автомобиля и обычным шагом направился к входу в школу.

– Не заметил нас?

– Кажется, нет.

Времянкин следил за своим ментором, выглядывая из-за спинки кресла.

– Ходит с пятки на носок. Действительно, – заметил Веселов.

– Полезная информация все-таки?

– Абсолютно нет. Вот про машину было бы полезно знать заранее.

– Ну, извини. Что собираешься делать? – беспокоился Эмиль.

– Отберу Суму. Если не найду, посажу в машину и отвезу куда следует.

– А если он откажется ехать, будешь бить его на глазах у всей школы?

– Важно, чтобы он показал Двоих. Конфисковать Суму – задача номер один. Думаю, как только Ян почувствует угрозу, попытается призвать помощников. Он ведь не знает про заклинание власти. Двое сами же и усадят своего хозяина в мою машину. Еще и наваляют ему как следует. Ты это хотел узнать? Или был какой-то другой вопрос?

– Вопрос терпит. Обсудим в другой раз.

Ян вошел в здание. Веселов поднял спинку сиденья.

– Будь осторожен, Николай. Удачи тебе!

Эмиль протянул Веселову руку. Тот пожал ее.

Ровно через пять минут Времянкин был уже в своей квартире. От жуткого погрома не осталось и следа. Все стояло ровно так, как и днем ранее. Даже пыль лежала на прежних местах: немного вдоль плинтуса в прихожей и на книжных полках в гостиной. Эмиль вытащил из ряда первую попавшуюся книгу и увидел ровный пыльный контур, который, судя по всему, также был воссоздан неизвестными кудесниками до предразгромного состояния.

– Пыль могли бы и не возвращать.

Времянкин заглянул в шифоньер. Среди прочей одежды, мирно свисающей с деревянных плечиков, он обнаружил свой пиджак. Тот, что был на нем в день превращения. Мальчик задумчиво провел рукой по мягкой вельветовой ткани и закрыл шкаф. Зеркала в квартире висели невредимыми, посуда была в порядке – впрочем, как и все, что успел осмотреть хозяин за время беглой ревизии.

– И на том спасибо.

Эмиль вымыл руки и отправился в кухню. К его удивлению, холодильник был набит всевозможными деликатесами: мясные калачи, заморские сыры, тропические фрукты и прочая снедь. Эмиль сварил себе кофе, сварганил многослойный бутерброд и приступил к обеду. Одной рукой он держал толстый сэндвич, еле помещавшийся на тарелке, другой – крутил карандаш, подаренный ему Веселовым. Он разглядывал его, пытаясь обнаружить признаки магии. Но карандаш казался совершенно обычным, ничем не примечательным. Времянкин отложил сэндвич, дотянулся до салфетницы, вытащил сложенный бумажный квадрат и расправил его на столе перед собой. Один край салфетки Эмиль придавил тарелкой, другой – левым кулачком. Он отпил кофе, посмотрел в окно, занес над салфеткой карандаш и после коротких раздумий написал: «Николай Веселов». Немного подумав, добавил ниже: «Как дела?» Эмиль подождал немного, но ничего не происходило. Он отложил карандаш и вернулся к бутерброду. Потом сделал глоток кофе и снова взялся за пишущий предмет. Он написал: «Настя Веселова. Привет! Спасибо за…» Не закончив предложение, Времянкин спрыгнул со стула и побежал в прихожую, достал из внутреннего кармана куртки сверток и вернулся на кухню. Он попытался быстро сорвать обертку, но подарок был щедро обмотан прозрачным скотчем. Эмиль тянул и так и сяк, но клейкая лента выдерживала усилия мальчика. Тогда он решил не увлекаться распаковкой и просто надорвал обертку с уголка. Показался книжный корешок. Какая именно конфета скрывалась под фантиком, определить было трудно. Но это точно была книга. Эмиль положил сверток на край стола, взобрался на стул, взял карандаш и дописал сообщение: «книгу!». И вновь ничего не произошло. Мальчик вернулся к сэндвичу. Очередной глоток кофе и на подходе новая идея. «Анастасия Веселова. Привет!» – на сей раз Эмиль использовал полное имя девочки. Снова ничего. Немного подумав, Эмиль написал: «Мария Веселова. Привет!» Ноль реакции. Времянкин смял салфетку и бросил ее в сторону раковины. Бумага упала на пол, не долетев до мойки полметра. Эмиль пальцем оттолкнул от себя карандаш, тот укатился к центру стола. Придвинув тарелку ближе, мальчик продолжил обед.